Мария Таежная: «Дети хорошо рисуют, когда им это нравится»

Десять лет масловская художница Мария Таежная проработала в школе «Пересвет», преподавала рисование. Год назад решила организовать детскую изостудию. Пришла на молебен преподобному Андрею Рублеву в верхний придел Благовещенского храма в Петровском парке, попросила благословения у протоиерея Владимира Леонова на доброе дело. И вот мы беседуем с членом Союза художников России Марией Таежной в созданной ею детской художественной студии. В конце беседы к нам присоединился и отец Марии, Григорий Викторович Цыплаков-Таежный, достойный представитель русского реализма, много потрудившийся над созданием икон, украсивших иконостас Богородице-Рождественского монастыря в Москве.

Мария, вы представитель художественной династии Цыплаковых, художник уже, наверное, в четвертом  поколении. В каком возрасте вы осознали, что живопись  – ваше призвание?

 

Художники меня окружали с детства. Конечно, прежде всего, это были дедушка и отец. Со 2-го класса я стала посещать изостудию во Дворце пионеров. Потом мама (Лидия Яковлевна Таежная, искусствовед – прим. ред.) решила определить меня в МСХШ. Я тогда училась, кажется, в пятом классе общеобразовательной школы, и с успеваемостью у меня были проблемы. В МСХШ я поступила, но и там поначалу учеба меня тяготила. Много задавали на дом, а летом надо было не отдыхать, а трудиться, рисовать. Представьте такую картину: вокруг все отдыхают, а ты сидишь, рисуешь. Но потом я как-то втянулась, появился интерес, и даже стала получать отличные оценки и повышенную стипендию. Надо очень любить живопись, чтобы этим всерьез заниматься. В какой-то момент осознаёшь, что без творчества  жить не можешь.

 

Ваш супруг, Олег Григорьев, тоже художник. Над чем он сейчас работает?

 

Расписывает храм Новомучеников и Исповедников российских на Бутовском полигоне. Верхний придел закончили года два назад, а роспись нижнего близится к завершению.

 

В годы учебы в Суриковском институте кто из преподавателей был для вас авторитетом, творческим маяком?

 

Педагогов и в МСХШ, и в институте было много, всем я благодарна. Дедушка (народный художник РСФСР Виктор Цыплаков – прим. ред.) в свое время руководил в Суриковском институте мастерской станковой живописи, так что я могла пойти проторенным путем. Но я поступила на «монументалку» в мастерскую Евгения Николаевича Максимова, одного из ведущих мастеров современной монументальной живописи. Другая грань творчества Максимова - его лиричные, камерные пейзажи, виды родной Каширы. Наверное, это было первое взрослое решение в моей жизни, и о нем я ни разу не пожалела. Евгений Николаевич, кроме всего прочего, известен тем, что расписывал свод главного купола Храма Христа Спасителя, создавал изображение Святой Живоначальной Троицы, а его студенты расписывали алтарь, паруса.

 

Вы тоже принимали в этом участие?

 

К сожалению, не довелось. У меня тогда родилась наша старшая дочка – Варя, и я сидела дома с младенцем. Но муж участвовал в росписи Храма Христа Спасителя. Так вот именно Евгений Николаевич произвел на меня большое впечатление как педагог и повлиял на мое становление как художника. Под его руководством мы делали копии, потом ездили в Ростов и Оптину пустынь. Занимались копированием фресок и храмовых росписей.  Прожили два месяца в Оптиной, расписывая храмы. Даже старца Илию (Ноздрина) там видели.

 

О.Григорьев. "Портрет Марии Таежной", 1995

press to zoom

М.Таежная. "Улица в Ростове", 1995

press to zoom

М.Таежная. "Осень", 2000

press to zoom

М.Таежная. "Натюрморт с лилиями", 2001

press to zoom

М.Таежная. "Портрет отца", 2014

press to zoom

М.Таежная. "Натюрморт с куклой", 2001

press to zoom

М.Таежная. "Натюрморт с голубой чашкой", 2002

press to zoom

М.Таежная. "Лето", 2004

press to zoom

М.Таежная. "Маки", 2004

press to zoom

М.Таежная. "Старый дом", 1993

press to zoom

М.Таежная. "Буфет", 2001

press to zoom

М.Таежная. "Дуня", 2014

press to zoom

М.Таежная. "Заросший пруд", 1993

press to zoom

М.Таежная. "Лето в деревне", 2004

press to zoom

У вас необычная и красивая фамилия – Таежная. Кто из ваших родственников жил неподалеку от «зеленого моря тайги»?

 

Мой прадед ‒ художник и скульптор Петр Иванович Чешуин ‒ родом из Екатеринбурга. Петр Иванович учился в художественно-промышленной школе Екатеринбурга, потом переехал в Москву и устроился миниатюристом в ювелирную мастерскую Фаберже, где проработал вплоть до 1917 года. Его настоящая фамилия Чашуин, а Таежный ‒ псевдоним. Вскоре после революции он увез семью на Алтай, подальше от военных действий, политических страстей и голода. И вернувшись в Москву, стал называть себя Таежным. Псевдоним закрепился и через какое-то время трансформировался в фамилию. Прадед был довольно известным скульптором. Кстати, его дочь, моя  бабушка, Галина Петровна Таежная, жена моего деда Виктора Григорьевича,  тоже была скульптором. Правда, в институте она не доучилась – родился мой отец. Но у нее были свои достижения. Она пятикратная чемпионка СССР по горнолыжному спорту, первая женщина, спустившиеся с Эльбруса. У бабушки была родная сестра тоже скульптор, Ольга Петровна Таежная-Чашуина. много работала в технике фарфора, в частности на Дулевском фарфоровом заводе, на чугунолитейном заводе в Касли. Широкому зрителю наверняка известны ее статуэтки из балетной серии – персонажи Жизель, Одетты, Заремы и др. А ее работа «Утро», изображающая молодую женщину, расчесывающую волосы перед зеркалом, получила высшие награды на выставках в Нью-Йорке и Париже. Ну вот, кажется, с родословной разобрались!

 

Раз уж речь зашла об Оптиной пустыни, нельзя не спросить, не там ли состоялась ваша встреча с Богом? Как происходило ваше воцерковление?

 

Не могу сказать, что мои родные ходили в храм, когда я была маленькой, но иконы у нас в доме были сколько себя помню. И это запечатлелось в душе. Первой посещать храм начала мама. Еще в детстве мы со школой ездили в Троице-Сергиеву лавру. Когда я зашла в храм, там слышалось такое возвышенное пение! Это меня поразило. Такое вот детское воспоминание. Но то был единичный опыт. Прошло время, и я уже начала ходить в церковь постоянно. Помню, как восстанавливался Благовещенский храм в Петровском парке. Мы пришли туда с мамой и попали чуть ли ни на самый первый молебен. Отец Дмитрий Смирнов руководил реставрацией, и мы ходили туда, чтобы посмотреть на сам процесс. Кажется, до этого храм использовался под склад. Наверху в нем только роспись сохранилась, и больше ничего. Поскольку наш дом находится недалеко от Петровского парка, мы стали одними из первых прихожан восстановленной церкви. Мне тогда исполнилось лет шестнадцать. Но вообще я посещала не только Благовещенский храм. Когда Варя, наша старшая дочка, была маленькой (у нас ведь три дочери – Варвара, Таисия и Евдокия), мы ходили в монастырь на Рождественке, где мой отец в то время  расписывал иконостас. Мне там нравилось, потому что храм не был до отказа забит народом. А теперь в будние дни я посещаю Валаамское подворье – тоже недалеко от нас. Монастырский мужской хор поет там проникновенно.

 

Если можно, коснемся сокровенного: не могли бы вы привести какой-нибудь пример из вашей творческой жизни, из которого явственно было бы действие Промысла Божьего?

 

Когда начинаешь задумываться и собственную жизнь отслеживать, тогда и осознаешь действие Промысла Божьего в ней.  Взять, к примеру, детскую изостудию, которую я веду. В конце прошлого лета я приняла решение об увольнении из гимназии «Пересвет». Эта небольшая государственная школа, раньше находившаяся у станции метро «Белорусская». В ней я проработала 10 лет. Помню, туда приглашали замечательного батюшку – протоиерея Алексия Гомонова. Почему решила уйти? Устала, наверное. Нет, дело не в самих детях, а сложностях, связанных с поддержанием дисциплины. Когда я начинала работать, у меня еще отсутствовал педагогический опыт. Я ведь художница, а не педагог. Если бы в юности мне сказали, что я буду работать в школе, я бы не поверила. С детства не жаловала это заведение, да и сама училась, признаться, не очень успешно. Понимаете, живого интереса к учебе не возникало. А тут целых 10 лет моя работа была связана именно со школой! Как этому не удивляться? А в школу я пришла преподавать из-за собственных детей. Подумала, почему бы мне все-таки не попробовать. Моя старшая дочка поступила тогда в «Пересвет». Школа была еще маленькая, можно сказать, домашняя, находилась в здании детского сада. Каждая параллель состояла всего из одного класса. Там сложился очень хороший коллектив и домашняя обстановка: никаких склок, столь часто случающихся в женских коллективах, не наблюдалось. Каждая параллель состояла всего из одного класса. Устраивались праздники, Пушкинские балы, и от всего этого в теперешнюю школу перешло совсем не много. Видите ли, у нас в стране проводится оптимизация школ. И нашу маленькую школу сначала «слили» с одним учебным заведением, затем с другим. Все укрупняется, а качество обучения не всегда улучшается.

 

Изначально наша школа имела этно-культурный компонент, который потом почему-то упразднили. К тому же назначили другого директора. В моем ведении оказалось слишком много классов, и мужу моему не понравилось, что я несу такие нагрузки. И в конце лета я решила попробовать организовать детскую изостудию. Отец Владимир Леонов благословил меня сменить, так сказать, вектор моей деятельности. Но мысли тревожные все-таки появлялись: например, где найти учеников? Дала объявление, но по нему никто особенно не пришел. Но батюшка-то благословил! И вдруг откуда-то начались звонки, так что первое занятие состоялось, и на него дети пришли в полном составе… А дальше уже пошло-поехало. Всего за месяц у меня набрались все учебные группы. Я еще какое-то время параллельно вела занятия и в студии, и в школе. Учебную нагрузку мне сократили до двух раз в неделю, что было вполне приемлемо. Но к новому году стало понятно, что надо делать окончательный выбор. И я его сделала в пользу детской изостудии.

press to zoom
press to zoom
press to zoom
press to zoom
press to zoom
press to zoom
press to zoom
press to zoom

Были ли у вас какие-то поворотные моменты в творчестве?

 

Да нет, не могу сказать. Я всегда следовала в русле традиции русского реализма. А мама моя занималась народным искусством – изучала его, будучи искусствоведом, общалась с мастерами. И у папы, Григория Викторовича, к этому тоже интерес большой. Он с Севера привозил разные прялки, кукол, глиняные предметы и пр.  Поэтому у нас дома много всего, связанного с народным творчеством. В детстве мне это не было близко, не понимала я всего этого, но с возрастом все изменилось. Прикладная направленность вошла и в мою живопись. Я теперь могу какую-нибудь дверь расписать, используя народные мотивы, для разнообразия. Ведь круглогодичное занятие живописью утомляет, а хочется всегда чего-то нового! То я шью что-нибудь, то вот теперь керамикой занимаюсь... Но есть люди, всецело преданные живописи. Мой дедушка Виктор Григорьевич Цыплаков был таким великим живописцем. От характера человека зависит – надо ему переключаться на другой вид деятельности или нет. Мне нужна смена вектора. Так что занимаюсь керамикой, в том числе и обжигом, и учу этому детей в студии. Детям тем более надо менять виды деятельности – иначе они быстро устают. Я для них каждый урок что-то меняю.

 

А технике письма масляными красками обучаете своих подопечных? Или им до нее еще надо дорасти?

 

Писать маслом им пока трудно. А еще труднее ‒ акварелью. Так что дети пользуются гуашью, им это проще. Детям важно, чтобы у них получалось, и это главное, когда с ними работаешь. На уроке обязательно должен быть результат. Если результата нет, они охладевают и могут в следующий раз не захотеть идти на занятие. Ко всему надо подходить постепенно, к письму маслом тоже.

 

Творчество каких художников-классиков вам особенно близко?

 

Самым близким для себя, пожалуй, считаю Григория Сороку, творчество Венецианова мне тоже интересно. В общем, люблю русский примитивизм. Не столь важно, как и что изображено на полотне. Но я прежде всего ценю теплоту и душевность в работе мастера. У других художников, понятно, могут быть свои приоритеты.

 

В нынешнее время ваша художественная индивидуальность стала проявляться в некоем сказочном стиле. В нем написаны некоторые из ваших последних работ. Подобное редко встретишь у художников, и не только современных. Это на вас так повлияло общение с детьми?

Трудно сказать, почему в такое русло вошло мое творчество. Обычно концептуальных задач я перед собой не ставлю.  Для меня важен сам процесс рисования. Главное, чтобы в картине отражались красота и гармония. Не суть важно, что за тенденция нынче входит в моду в искусстве. Должна быть сосредоточенность на собственном творчестве.

 

Как вы считаете, возрождается сейчас в России традиция реалистического художественного письма?

 

Думаю, в простом народе интерес к реализму сохранялся всегда. Я вообще не верю в то, что обыкновенный среднестатистический человек способен понять Пикассо или «Черный квадрат». Это все абсолютно надуманное. Почему люди стоят в очередях на Левитана или Серова? Потому что в реалистическом искусстве ясно, что изображено. Но я не настраиваю себя агрессивно: каждая идея имеет право на существование.

 

Где зритель может познакомиться с вашими работами? Бывают ли выставки ваших картин в столичных музеях или ЦДХ?

 

Было несколько выставок картин всех трех поколений нашей семьи. Года два тому назад мы с отцом выставляли свои работы в ЦДРИ, в Московской Думе.  Мои картины экспонировались на московских и российских  художественных выставках в ЦДХ. Работы находятся в частных собраниях в России и за рубежом.

 

Дочери следуют по вашим стопам? Художественная династия не прерывается?

 

Старшая Варя в этом году заканчивает 11 класс МСХШ. Будет поступать на графику. В нашей семье в основном все живописцы. Другая наша  дочка учится в 7 классе и осваивает флейту… Она еще не выбрала путь, по которому пойдет дальше.

press to zoom
press to zoom
press to zoom
press to zoom

Ну а творческие планы есть?

 

Хочу гончарный круг освоить и изделия расписывать... А в плане живописи – наступит лето, тогда снова будем писать. Я занимаюсь живописью в основном в летнее время. Вообще с творчеством все как-то спонтанно происходит. Еще года два тому назад я и не помышляла о том, что начну заниматься керамикой… Я вообще не люблю что-то планировать. Надо на волю Божию больше полагаться. И вдохновение, конечно, необходимо.

 

 

Беседовала Валерия СВЯТКИНА