Хотите узнавать о новых публикациях на нашем сайте?

Подпишитесь на нашу рассылку:

Мы в соцсетях: 

Наши друзья:

Контакты:

ул. Верхняя Масловка , вл.1,
Москва, 127287, Россия

тел.: +7 (499) 391-21-30, +7(929) 651-39-73

e-mail: hramrublev@gmail.com

  • Facebook
  • VK
  • Instagram
  • YouTube

РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ НАКАНУНЕ РЕФОРМАЦИИ.

МЕСТО ПРОТЕСТАНТИЗМА В ИСТОРИИ ХРИСТИАНСТВА

 

Обстановка в Римско-католической Церкви в средние века была очень тревожной. Отделившись от Вселенской Церкви в XI в., она в силу различных обстоятельств продолжала укреплять свой основной принцип — безграничную власть Римских пап.

Обстановка в Вселенской Церкви в XI в., она в силу различных обстоятельств продолжала укреплять свой основной принцип — безграничную власть Римских пап. Последние не оставили своих честолюбивых и властолюбивых притязаний. Напротив, римские первосвященники поставили перед собой грандиозную цель — утвердить свою абсолютную власть над всем миром и подчинить себе все человечество. Для достижения этого они были неразборчивы в средствах. Многие из мер, подчиненные этой цели, например введение принудительного целибата или латинского языка в богослужении, а также запрещение распространения Библии среди народа и перевода ее с латинского на национальные языки, естественно, вызывали протесты со стороны верующих и духовенства. Провозглашение папами своей непогрешимости в делах веры, претензии их на светскую власть и стремление объявить себя наместниками Самого Иисуса Христа на земле усугубляли неприязнь широких масс верующих к Римскому папе и его курии. Римско-католический деспотизм над свободой мысли и совести человека также вызывал активные протесты.

Сначала начали раздаваться отдельные робкие, а затем и смелые, героические, мужественные, организованные голоса и речи протеста людей, выступавших против деспотизма Римских пап, которые позднее стали оцениваться в истории как предвестники Реформации. XV в. дал таких смельчаков, как Иоанн Гусс, профессор Пражского университета, как Иероним Савонаролла, доминиканский монах, и другие, которые по-разному, но с одинаковой настойчивостью требовали глубокого преобразования Римско-католической Церкви и которые вошли в историю под именем предшественников Реформации.

Эти отдельные выступления, к которым общество пока не было подготовлено, бывали подавляемы, их виновники и смелые выразители — сжигались на кострах, но могущественный голос правды находил отзвук в людском сознании. Пионеры протестантизма будили своих современников, звали их открыто и безбоязненно подавать свой протестующий голос против деспотизма Римского престола, против всех отрицательных сторон римско-католической церковной практики.

Выразителями протестующего общественного мнения были и некоторые Соборы, например Пизанский (1409), Констанцский (1417), Базельский (1431) и др. На них делались попытки искоренить нестроения церковной жизни, перестроить церковный порядок, снова вызвать к жизни первохристианский дух в Римско-католической Церкви.

Однако попытки эти были безрезультатны, и в XVI в. совершилось крупнейшее на Западе разделение христианского мира. Протестанты говорили, что Римско-католическая Церковь уже осуществила свою историческую цель, что она сослужила уже свою службу, подготовила и воспитала новое сознание народов, которые достигли своей зрелости. Римско-католическая Церковь сделалась для них не только ненужной, но и невыносимой, ибо они считали, что в деле религии нужно предоставлять всем полную свободу.

Разделение происходило очень бурно: за какие-нибудь сто лет оно отторгло от Римско-католической Церкви около 90 миллионов верующих, которые были охвачены одной целью — реформировать Церковь в ее главе и в членах, в управлении и в устройстве. Это привело к тому, что вместо образования одной очищенной от римско-католических погрешностей Церкви Реформация дала миру десятки и сотни новых христианских Церквей, обществ и деноминаций, часто враждовавших между собой и обличавших друг друга.

​Мартин Лютер.

Лукас Кранах. 1528 г.

Жан Кальвин

Ульрих Цвингли

Король Англии Генрих VIII.

Ганс Гольбейн мл.

В борьбе против злоупотреблений Рима протестантизм поднял знамя свободы и независимости. При этом складывались особые формы религиозного сознания. В Германии, Швейцарии, Англии появились новые течения. Лютер, Цвингли и Кальвин, Генрих VIII возглавили их, каждый в своей стране. Они были едины в своем протесте против деспотизма Римского престола, но по-своему отражали особенности, присущие народам их стран.

Общей задачей Реформации было низвергнуть римско-католическое иго и освободить духовную жизнь людей от деспотизма. Английский король Генрих VIII ввел даже в богослужение специальное ектенийное прошение такого содержания: «От насилия епископа Римского и его нестерпимых обид избави нас, Господи!»

Таким образом, Реформация по своему историческому происхождению явилась протестом против римского католицизма. Причина ее — отрицательные черты многих сторон жизни Римско-католической Церкви того времени, в недрах которой она родилась. Протестантизм, однако, не избег естественных при подобных исторических явлениях крайностей. Протестуя, например, против неограниченной власти Римского папы, его церковного абсолютизма, он отказался от всякого церковно-иерархического авторитета. Предоставляя верующим широкую возможность чтения Библии и полную свободу ее толкования, протестанты выступали против противоположных крайностей, бытовавших в Римско-католической Церкви. Римско-католическое учение о Таинствах в смысле «opera operatum» вызвало в протестантизме другую крайность — отказ от них и понимание их в смысле несущественных знаков Церкви.

Реформационное движение вспыхнуло почти одновременно в Германии (1517) и Швейцарии (1519), дав начало двум основным ветвям протестантизма — лютеранству и кальвинизму, и формально окончилось Вестфальским миром 1648 г., формально потому, что церковное реформирование в протестантизме никогда не прекращалось и продолжается до сих пор.

В 1534 г. от Римско-католической Церкви отделилось англиканское исповедание, которое хотя и ближе других стоит к православию, но рассматривается нами как одно из направлений протестантизма. Существует, правда, мнение, что при всей сложности образующих его элементов англиканство не может рассматриваться как одно из проявлений протестантского религиозного типа, а должно быть признано самостоятельным явлением, имеющим многие черты и протестантизма, и католичества.

Отколовшись от Церкви, хотя и заблуждавшейся в значительной степени, но все же сохранявшей апостольское преемство, Таинства и многие традиции раннего христианства, Реформация XVI в. в то же время не обратила своего взора к Востоку, что, кстати сказать, оно усердно делает теперь, с опозданием на 450 лет. В результате протестантизм отпал от православия несомненно дальше и глубже, чем римский католицизм.

Восставая против крайностей Римско-католической Церкви, вдохновители Реформации упустили из виду такой важный факт, что заблуждения римского католицизма были обусловлены его отступлением от вселенской истины. Вместо того чтобы обратиться к полноте Вселенской Православной Церкви за руководством в поисках истины, они отказались вообще от всякого церковного Предания, от святоотеческого руководства. Вследствие этого, будучи предоставлены самим себе, лишены таинственного, благодатного, священного авторитета и помощи, протестанты сделали целый ряд глубоких и серьезных ошибок.

Протестантизм созидался вдали от неповрежденной истины православия, от его священных традиций, от Священного Предания. Уже по одному этому он не мог быть восстановлением чистого, первоначального христианства. Гордый дух самомнения, индивидуализма и рационализма не искал и не мог найти этого источника истины.

Филипп Меланхтон

Правда, справедливости ради нужно отметить тот факт, что отдельные попытки вступить в контакт с Православной Церковью протестантами делались. Первую попытку, очень, правда, кратковременную, сделал в качестве личной инициативы Филипп Меланхтон, который писал Константинопольскому патриарху Иоасафу II (1555—1565), что реформаторы принимают учение Афанасия, Василия, Григория, Епифания, Феодорита и Иринея. В 70-х годах XVI столетия, то есть почти сразу же после относительной стабилизации Реформации, тюбингенские богословы пытались установить связь и диалог с Константинопольским Патриархатом в лице патриарха Иеремии II и его окружения. Завязалась оживленная переписка между лютеранами и православными.

Лютеранские богословы даже послали в Константинополь греческий текст «Аугсбургского исповедания» и переводы на греческий язык нескольких томов лютеранских проповедей. В 1576 г. последовал длинный и обстоятельный ответ патриарха Иеремии II, в котором он, благодаря за добрые чувства, разбирал пункт за пунктом «Аугсбургское исповедание». В своем послании патриарх Иеремия II с большой ясностью и твердостью противополагает православное учение протестантскому и указывает протестантам, что многое в их воззрениях Православная Церковь должна считать уклонением от полноты церковной истины. Вместе с тем тон патриаршего ответа исполнен сердечности и христианского братолюбия.

     Как можно теперь судить, эта первая довольно длительная богословская встреча между православием и ранним протестантизмом не оказала заметного влияния, и последний продолжал по-прежнему идти своим путем, который привел к поразительному разделению в среде самих реформаторов.

Вожди Реформации были людьми даровитыми, искренними и горячими искателями правды, но им не чужды были общечеловеческие страсти и заблуждения. Они действовали в силу своей личной инициативы и как индивидуальные выразители общего недовольства и возмущения. К своей реформаторской деятельности они не были подготовлены, так как сами воспитывались по канонам все той же схоластической католической науки. Они не имели ни твердых знаний Священного Писания, ни понимания церковной истории, но хотели построить новое религиозное общество. Реформаторы не были знакомы и с той Восточной Православной Церковью, которая свято и нерушимо хранила истину веры. Они имели ту психологию, какую воспитала в них римская католическая мысль.

Их реформаторская деятельность не была продуманной, обоснованной. В горячей борьбе с перегибами католицизма они, так сказать, на ходу развивали свое учение. При этом в ходе борьбы они невольно привлекали на свою сторону различные случайные течения, часто даже и нерелигиозного характера, но выступавшие против деспотии и католицизма, например политические, экономические и др. Эти потоки общего возмущения против папизма часто удаляли религиозную борьбу от ее первоначального пути, придавая Реформации новое направление.

Выйдя из католической среды, протестантство в силу инерции удержало в себе, например, такое римско-католическое учение, как Filioque. Реформаторам просто некогда было думать о таких глубоких богословских вопросах, и они, не исследовав этого вопроса, сохранили Filioque в своем учении.

Реформация XVI в. потрясла то единство, которое имело западное христианство, и создала более серьезные и непреодолимые разделения, чем все те, которые имели место с самых первых дней существования Церкви Христовой. Вначале никто из реформаторов не выражал желания и не выступал с идеей разделения. Все они добивались лишь добросовестной и полной реформы Церкви.

Прошло, однако, немного времени, и стало очевидно, что мероприятия, которые могли бы удовлетворить реформаторов, не могут быть осуществлены в рамках существующей Церкви и что в специфической политической ситуации XVI в. имеются могущественные силы, способные защитить реформаторское движение от гибели, на которую оно, казалось, было обречено.

Неоспоримый факт, что без Лютера XVI век не знал бы Реформации, по крайней мере в той форме разделения, к которой она пришла. Конечно, существовали тенденции, благоприятствовавшие его делу. И все же, если бы не выступил человек с новой настоятельной миссией, в которую он сам верил всей душой и которую сумел сделать убедительной для простого народа, человек с крупным публицистическим дарованием и с могущественными друзьями, — едва ли движения XVI в. оказались более успешными, чем движения Джона Виклефа и Яна Гуса.

Протестантизм утверждал и утверждает, что, отнюдь не стремясь к новаторству, он всего лишь старался понять прошлое и вернуть Церковь к тому, чем она была тогда, когда оставалась сама собой.

Социальные и экономические перемены положили конец феодализму и дали инициативную силу в руки того активного, растущего класса бюргеров, который нашел в конечном итоге протестантизм конгениальным, согласным с их образом мысли и жизни.

Самым серьезным фактом было примирение с разделением, сделавшееся основой всех послереформационных урегулирований взаимоотношений между протестантизмом и римским католицизмом. Около 1555 г. стало ясно, что Реформация не охватит всю Церковь. По Вестфальскому миру 1648 г. границы между Римско-католической Церковью и отделившимися от нее частями были проведены почти в точности так же, как они проходят в настоящее время.

Русский публицист и богослов А.С.Хомяков еще в прошлом столетии справедливо отметил, что движение Реформации остановилось на рубеже православного мира, хотя оно глубоко проникло в такие страны, как Моравия и Польша, которые были римско-католическими. В России, например, всегда было много мистических сект, но они никогда не были способны привлечь широкие массы православных верующих. В XIX и XX вв. в России и на Ближнем Востоке появились более или менее значительные общины протестантов, главным образом пресвитериан и баптистов. Но как бы мы ни оценивали их духовную жизненность (а в современном русском баптистском движении, несомненно, много жизненности), нельзя отрицать того, что все эти группы являются всего лишь импортом с Запада, а не продуктом местной религиозной традиции.

Без сомнения, Реформация была великим движением освобождения от искусственных категорий, державших в плену христианское благовествование. Но отвергая учения и учреждения Римско-католической Церкви, реформаторы не имели представления о православии. Поэтому православный богослов может считать, что они отвергли не кафолическое Предание Церкви, а его одностороннюю форму. Они, несомненно, искали это подлинное и истинное Предание и в нескольких случаях были близки к нему.